Статьи / Рубрика: Global

Почему французы до сих пор не выучили английский
Сентябрь 2013 | Global

В конце мая – начале июня французское общество перевернул с ног на голову закон об увеличении часов английского в университетах, предложенный министром высшего образования и научных исследований Женевьев Фьоразо.

Французам было предложено не полностью перейти на английский в вузах, и, не дай Бог, заговорить по-английски, а увеличить количество часов преподавания языка. Самобытные в этом отношении французы подумали, что закон вторгается чуть ли не в их частные жизни: лишает их самого дорогого – своего любимого языка. Дебаты развернулись жаркие, и в конце концов депутаты дали зеленый свет. Английскому языку в университетах – быть!

Между тем в то время как французский был и будет языком международной дипломатии, английский язык уже давно стал международным языком делового общения. Без английского сегодня встала бы вся авиация, IT-сфера и множество значимых для мировой экономики компаний и предприятий.

Оказывается, французы начинают учить английский еще в начальных классах по пять часов в неделю и, становясь студентами и выбирая гуманитарную специальность, они продолжают учить язык. Возникает логичный вопрос: почему же французы не могут больше чем за 10 лет своей жизни выучить настолько важный в наше время английский язык? Без знаний английского им автоматически закрываются двери в международные компании. Они просто не могут общаться с иностранцами. Даже работники международного рекрутингового агентства в Париже не могут и двух слов связать по-английски, что удивляет. Почему, начав учить язык еще в детстве, французы не могут на нем изъясняться?

За разъяснениями корреспондент World Economic Journal обратился к Доминик Вилльнев, преподавателю французского языка как иностранного, работнику народного образования Франции. «Английский язык входит в обязательную программу образования и преподается еще в начальной школе. Все дело в методике преподавания английского, которая сильно устарела и базируется на письме, а не на разговорах, и уже давно ведутся дискуссии о переменах образовательного подхода. Несколько лет назад, – говорит Вилльнев, – было предложение разделить класс на две языковые группы, чтобы все ученики смогли заговорить. Но проблема в нехватке преподавателей: уже работающие не согласятся на увеличение нагрузки, и Академия не направляет больше кадров. Сейчас урок английского длится 50 минут, и у преподавателя нет времени, чтобы опросить каждого. Только лучшие ученики могут выучить английский». К слову сказать, среднее количество учеников в классе общеобразовательной школы равняется примерно 35, учителя английского каждый год меняются.

Французское образование воспитывает «немых» англофонов, которые максимум что могут сделать – это прочитать письмо или статью и написать пару строк. «Есть такие специальности, где английский вообще не преподается, что я считаю не нормальным, – говорит Вилльнев. – Министр высшего образования, которая как раз и развернула эту дискуссию, высказалась, что умные люди, профессионалы своего дела не говорят по-английски в отличие от своих коллег из других европейских государств, которые свободно владеют языком. По мнению министра, нашим студентам надо поднять уровень английского. Когда специалист едет на работу за границу, ему необходим английский; если он устраивается в международную компанию – язык тоже необходим».


С Доминик Вилльнев согласна и Клэр Миашон: «Я за преподавание английского. Недавно я снова пошла учиться и заметила, что студенты очень плохо владеют английским – и это в финансовом секторе, где не владение английским представляет собой большую проблему. Раньше, когда я была в Азии, я заметила, что ученики старших классов отлично говорят по-английски, и нам надо равняться на них».
 
Закон Фьоразо также касается преподавания на английском языке в университетах для иностранных студентов. Сейчас, по данным французской прессы, в стране существует более 700 учебных заведений, где ведется преподавание на английском, но они не государственные, и за них надо платить.

Францию можно назвать студенческой страной с бесплатным государственным образованием. До принятия этого закона иностранцы были обязаны отлично говорить по-французски, в то время как в других странах уже давно ведется обучение на английском. Франция на четвертом месте в мире по приему иностранных студентов. Каждый год сюда приезжает учиться 500 000–600 000 китайцев, 200 000 индусов, 120 000 корейцев и 100 000 немцев. Африканским и арабским студентам английский не нужен, они говорят по-французски, и в этом их приоритет перед иностранцами.

Другая сторона медали

Другая сторона медали – резкое снижение преподавания французского языка и, как следствие, грамотности. Как известно, французов от других европейцев отличает особая привязанность, даже можно сказать страсть к своему языку. В то время как множество государств уже смирились с параллельным существованием английского, французы считают, что язык Туманного Альбиона обедняет их родной, национальный.

Порядка десяти лет назад был издан так называемый закон Тубона, борющийся с засильем англицизмов и запрещающий употреблять и писать английские слова в рекламе и вывесках. Через несколько лет после принятия этого закона на встрече со студентами журфака МГУ мне довелось задать вопрос послу Франции в России Клоду Бланшмезону об эффективности этого акта. Посол прокомментировал этот факт французского законотворчества как «шутку».

Телевидение, которое раньше было образцом французского, сейчас таковым не является. «Современные ведущие делают много грамматических, синтаксических ошибок, путаются в произношении, – говорит Вилльнев. – Политики очень плохо заботятся о языке. Например, Николя Саркози ассоциируется с очень плохим уровнем французского».

Будучи преподавателем французского, Доминик Вилльнев заметила изменения с французским языком, которые произошли за последние двадцать лет. Французский очень сильно обеднел. «Из своего опыта я могу сказать, что уровень преподавания французского резко снизился. Раньше в университетах одна ошибка снижала один балл. Сейчас те абитуриенты, которые хотят стать лингвистами, пишут эссе с огромным количеством ошибок. Преподаватели не могут сконцентрироваться на смысле сочинения, они все время занимаются исправлениями. Двадцать лет назад таких студентов вообще не принимали в вуз». Дошло до того, что студентам первых курсов для повышения грамотности вуз специально нанимают преподавателей. Поэтому французы против введения интенсивных занятий английским, так как уровень французского оставляет желать лучшего».

Такого же мнения придерживаются бывшие преподаватели колледжа Луи Арманда Жозетте Бюзаре и Филипп Люксембуржер: «Французским студентам надо научиться в первую очередь владеть своим языком, что не так часто бывает. Я подчеркиваю, что уровень французского у выпускников-бакалавров очень низок. Уровень французского у иностранных студентов тоже очень низок: более 30% остаются на повтор. Они не понимают лекций на французском. И что? Уроки французского? Это катастрофа и закрытая дверь в высшее образование». Получается, если следовать логике большинства французов – противников принятия этого закона – не исследовав свое, не берись за чужое.

Текст: Анн-Мари Видаль


Все статьи в полном объеме доступны пользователям нашего мобильного приложения

Available on the AppStore