Статьи / Рубрика: Global

Остановить Армагеддон
Июль - Август 2013 | Global


photo by Олег Бабкин

Нынешний экономический кризис грозит человечеству настоящей катастрофой. Финансовые проблемы - лишь верхушка айсберга, в подводной части которого - социальные катаклизмы, чреватые глобальными вооруженными конфликтами. Вероятность негативного сценария увеличивается, пока мировое сообщество продолжает упорно игнорировать первопричину кризиса. Эксперты World Economic Journal обнаружили ее - и готовы поделиться с читателями журнала.


Крах прогнозистов
«Для преодоления кризиса нет простых и быстрых решений», – эту формулу как заклинание практически в каждом своем выступлении повторяет президент США Барак Обама. Но и он вынужден признать: кризис углубляется, и эффективно бороться с ним, не понимая его истинных причин, невозможно.

Недавно на встрече элитного клуба «Диалог лидеров» экс-премьер Италии Романо Проди признал: все, что делал он и его коллеги – главы крупнейших государств мира – для выхода из кризиса несколько лет назад, все, что продолжают делать нынешние лидеры, оказалось бесполезным. «Мы создавали большую семерку, которая затем стала восьмеркой; теперь это двадцатка – но процесс принятия согласованных решений на наднациональном уровне все так же сложен. К тому же даже G20 не в состоянии учесть мнение всех стран, определяющих повестку дня в мире».

Проблемы нарастают снежным комом, пока постепенно; но малейшего толчка достаточно, чтобы окончательно вывести шаткую мировую экономическую систему из равновесия. Очевидно, что финансовый кризис, грозящий обвалом экономики, – это только начало мирового системного кризиса. Когда сойдет лавина и что послужит триггером – не в состоянии предположить даже самые авторитетные мировые экономисты.

Лауреат Нобелевской премии Роберт Ауманн в беседе с глазу на глаз признается: ни один из его последних прогнозов не сбылся, даже на малую долю, так что он предпочитает больше не утверждать ничего наверняка. Другой нобелиат, норвежец Финн Кидланд заявил корреспонденту World Economic Journal: «Делать прогнозы в ситуации, когда целые государства ведут себя нерационально, – неблагодарное занятие».

Рациональность, впрочем, всегда подразумевает холодный расчет и определенную решительность. С которой у ведущих государств мира сейчас очевидные проблемы. Все согласованные на межгосударственном уровне решения похожи на спешное затыкание пробоин, то и дело возникающих в бортах корабля глобальной экономики. Всего лишь отсрочка момента окончательного погружения на дно. Что ждет мир в случае, если корабль утонет, мы можем наблюдать в отдельных странах: масштабная безработица как результат экономических проблем, социальная нестабильность, а далее – политическая нестабильность и смена правящих режимов на куда менее рациональные? Количество безработных, которых не в состоянии содержать бюджет, даже в развитых государствах уже сейчас близко к критической черте. А возможные социальные катаклизмы в странах, обладающих ядерным оружием, могут привести к совершенно непредсказуемым последствиям.

Нынешнее поколение политиков запуталось в причинно-следственной связи. Разбираться со следствиями, не установив первопричины кризиса – заведомо расписываться в отсутствии долгосрочной экономической стратегии. Именно это мы сейчас видим в Европе и в США. Поведение властей крупнейших стран мира напоминает поведение запутавшегося в долгах человека, для которого главное – получить новый кредит, решить проблему на сегодня. Что будет завтра – уже неважно, авось, кривая вывезет.

Пиррова победа в холодной войне
Но если обратиться к цифрам, оказывается, что и кривые статистических графиков свидетельствуют не в пользу тех, кто привыкли считать себя сильными мира сего.

Залогом быстрого восстановления экономики после Второй мировой войны стал активный рост промышленного производства в США и странах Европы. Американская индустриальная модель доминировала в мире вплоть до середины 80-х годов прошлого века, когда показатели текущего платежного баланса страны начали резко меняться в сторону преобладания импорта над экспортом. Парадоксальным образом это совпало с началом распада крупнейшего геополитического противника Соединенных Штатов – СССР, основная сила которого, как известно, так же была в развитой индустрии. Одержав победу в холодной войне, США абсолютно добровольно переключились на совершенно другую экономическую философию, которую можно обозначить как «философия потребления». Начиная с 1992-го, не было ни одного года, когда объем поступлений от экспорта превышал бы объем затрат на импорт в США. Большинство производств было вынесено за пределы страны – прежде всего в страны Азии, конкретно – в Китай.

1993 год стал последним, когда текущий платежный баланс КНР был отрицательным. В течение уже 20 лет он растет от года к году, увеличившись за это время в денежном выражении в 84 (!) раза. Сейчас Китай стал крупнейшим экспортером в мире, обогнав по этому показателю США. Даже совокупный объем экспорта всего Евросоюза (в который входят четыре крупнейших экспортера из первой десятки – Германия, Франция, Нидерланды и Италия) лишь ненамного выше, чем у КНР. Что касается импорта, то здесь США уверенно занимают первую строчку среди стран мира, причем 18% американского импорта составляют китайские товары. В реальных цифрах это 350 млрд долларов в год.

Если взглянуть на эти цифры с другой стороны, нельзя не признать: в настоящий момент из всех ведущих мировых держав только Китай полностью готов к любому конфликту. Китайская индустрия может полностью обеспечить внутренние потребности, кроме того, от нее  во многом зависят другие крупные страны. Психология победителей, заставивших мир работать на них, сыграла с американцами плохую шутку.

Перечитываем Маркса
Почти полтора века назад Маркс подчеркивал разницу между реальным накоплением, то есть инвестированием в средства производства, и накоплением доли фондового рынка. «Настоящий», по Марксу, то есть сосредоточенный в средствах производства капитал не может иметь двух жизней: с одной стороны, как рыночная стоимость ценных бумаг, а с другой – как реальный капитал, инвестированный в производство. То же самое, впрочем, относится и к государственным заимствованиям – капитал, сосредоточенный в государственных бондах, Маркс открыто называет «фиктивным» и «иллюзорным».

Возникновение мирового системного кризиса в случае, если произойдет подмена истинного, производственного капитала на фиктивный капитал ценных бумаг и необеспеченные валюты, также предсказано Марксом. «Владельцы капитала будут стимулировать рабочий класс покупать все больше и больше дорогих товаров, зданий и техники. Толкая их тем самым для того, чтобы они брали все более дорогие кредиты, до тех пор, пока кредиты не станут невыплачиваемыми. Невыплачиваемые кредиты ведут к банкротству банков, которые будут национализированы государством» – кажется, что эти слова написаны только вчера. Разумеется, Маркс не предлагал готовых решений, не раз отмечая в своих трудах, что новые поколения людей наверняка окажутся не глупее прежних.

Уклон западных экономик в монетаризм повлиял и на поведение независимых инвесторов, заинтересованных в том, чтобы их деньги действительно работали. Как известно, природа не терпит пустоты – если средства уходят с одних рынков, они приходят на другие. Инвесторы уже давно начали активно вкладываться в Азию и в другие регионы с развивающейся индустрией. В США и Европе же снижение объемов промышленного производства привело к росту безработицы. И, как следствие, во избежание социальной катастрофы, – к надуванию новых искусственных финансовых пузырей

От монетаризма к производству
Недавно я встречался с человеком, которого принято считать одним из основателей современной монетарной системы как минимум «отцом евро». Роберт Манделл – канадский экономист, лауреат Нобелевской премии, разработавший теорию «оптимальных валютных зон», не видит изъяна в подмене промышленной составляющей экономики кредитно-финансовой. Более того, всерьез рассматривает перспективы появления новой единой валюты, которая может «взять под крыло» и юань, и, возможно, даже рубль. «Мир прежде всего нуждается сейчас в стабилизации доллара и евро, чтобы остальные страны установили и урегулировали отношение своих валют к ним. И уже на основе этого Международный валютный фонд сможет запустить новую глобальную валюту. Это, на мой взгляд, наиболее подходящая и нужная международная политика», – заявил Манделл в интервью WEJ.

Но во многом глобальный кризис порожден неконтролируемым ростом денежной массы, не обеспеченной реальными ценностями. Как бы ни хотелось безусловно уважаемому мной профессору Манделлу решить все проблемы созданием нового искусственного финансового инструмента, это, увы, невозможно без четкой ориентации национальных экономик на производство. В связи с этим хотел бы привести слова французского профессора Франсуа Шене, сказанные им в беседе с корреспондентом нашего журнала:
«Вся существующая на сегодняшний день финансовая система приводит, а на самом деле даже толкает простых людей к тому, чтобы они усвоили – деньги делаются из денег. Финансовый фетишизм пустил корни в большей части западного общества. Люди ошибочно уверены, что от денег, от продуктивности этих денег, зависит благосостояние. Относительная стабильность и прибыльность финансовой системы позволяют не осознавать этот капитал как «фиктивный». Другая важная грань общественного сознания – дома больше не воспринимаются как жилье, это теперь «актив», «капитал». Людям внушается мысль о том, что фиктивные процессы формирования и увеличения капитала – это то, из чего на самом деле состоит рынок. Следствие этого – ситуация в еврозоне, когда президенты и премьер-министры считают в принципе возможным призвать граждан повиноваться «предписаниям рынка» и вовремя выплачивать госдолг вне зависимости от того, какие траты на коллективном и индивидуальном уровне это будет означать. Сегодня финансовые институты в беспрецедентном масштабе диктуют государственную политику западных стран. В определенный момент фетишистская идея «деньги порождают деньги» наталкивается на суровую реальность, что сегодня и происходит. Бенефициары финансовой прибыли, в особенности в Европе, в последнее время все яснее осознают два важных момента. Первый – выплата процентов и дивидендов зависит от успешного завершения полного цикла накопления (деньги – капитал – производство – капитал –деньги). Второй – в условиях олигополистической конкуренции, которая превалирует в мировой экономике, контролировать инвестиции, влияющие на создание добавочной стоимости и самой по себе продукции, должны в большей степени государства и производители, нежели финансовые организации».

Необходимость в эффективных регуляторах действительно существует. Вспоминая слова Романо Проди, процитированные в начале статьи, можно заключить, что современные политики категорически не поспевают за миром, живущим по определенным, не вчера сформулированным законам. От наднациональных организаций так же хотелось бы большего. Председатель Генеральной ассамблеи ООН Вук Еремич, отвечая на вопрос World Economic Journal, действительно ли Организация Объединенных Наций имеет возможности для того, чтобы стать полноценным регулятором глобальной экономической политики, лишь удивленно поднял брови: «Но ведь мы уже являемся таким регулятором!» Если так, то почему бы не взяться за реальные проблемы, которые невозможно решить на национальных уровнях – например, за перераспределение товарных остатков, способного решить проблему голода в беднейших странах мира. Возможно, такую функцию могла бы выполнять созданная в перспективе при ООН Всемирная индустриальная организация.

Очевидно, что выход из кризиса не может быть простым и быстрым. Странам-лидерам, если они хотят избежать социальной катастрофы, придется форсировано восстанавливать промышленное производство, возвращать предприятия и капиталы домой, создавать новые рабочие места, предоставлять налоговые льготы для инвесторов. Ведь сейчас производство – это и новые технологии, и новая энергия, требующие для развития масштабных и длинных вложений. Задача сервисных финансовых структур – эти вложения обеспечить, создав инвесторам возможности для получения реальной прибыли. Будут ли товары будущего собраны на традиционном конвейере или распечатаны на 7D-принтере, не так важно. Важно, что именно товар должен вернуть себе главную роль в современной экономике, иначе Армагеддон неизбежен.

Роберт Ауманн:
«Теперь я опасаюсь давать прогнозы, потому что они, скорее всего, будут неправильными»
Романо Проди:
«Мы создавали большую семерку, которая затем стала восьмеркой; теперь это двадцатка – но процесс принятия согласованных решений на наднациональном уровне все  так же сложен. К тому же даже G20 не в состоянии учесть мнение всех стран, определяющих повестку дня в мире»
Вук Еремич:
«ООН может решать проблемы любой степени сложности»
Финн Кидланд:
«Европейские политики не в состоянии выстроить здравую стратегию на несколько лет вперед»
Барак Обама:
«Для преодоления кризиса нет простых и быстрых решений»
Франсуа Шене:
«Финансовый фетишизм пустил корни в большей части западного общества»
Роберт Манделл:
«Мир прежде всего нуждается сейчас в стабилизации доллара и евро, чтобы остальные страны установили и урегулировали отношение своих валют к ним. И уже на основе этого Международный валютный фонд сможет запустить новую глобальную валюту»


Текст: Роберт Абдуллин


Все статьи в полном объеме доступны пользователям нашего мобильного приложения

Available on the AppStore


Вы не можете оставить комментарий анонимно. Нужно авторизоваться. Попробуйте, это очень просто!

Нет комментариев. Почему бы Вам не оставить свой?